она была еще секунду назад. Любые страдания в конечном итоге – лишь приобретенный жизненный опыт, навеки изменивший нас и окружающую реальность, в том числе и людей, которые в ней существуют. И так новую реальность надо принять, как принять и себя в ней новым, и помочь это сделать другим. Мы поговорили в таком контексте с близкими и научились обсуждать тюрьму спокойно, ведь это было, и больше не повторится. А дальше начали шутить, ведь лучше средство от страха – юмор.
Кстати, от страхах. Меня часто спрашивают, было ли мне в тюрьме страшно. Было, еще как было. Только глупец в моей ситуации не боялся бы. Но ведь даже если ты боялся, но превозмог свой страх и сделал то, что должно, – это ли не настоящий духовный подвиг? А если страха не было, то в чем героизм?
В жизни как в спорте – мы растем, преодолевая препятствия. Это сложно, неприятно, страшно, но, согласитесь, необходимо, иначе наша жизнь словно зависает – ни туда и ни сюда. Ребенок, чтобы появится на свет, через боль покидает утробу матери и в награду получает жизнь, становясь ее частью.
Теперь о гневе и вспыльчивости, ведь по разным причинам раскаленная, как железо, добела психика из-за пережитого, а де-факто все еще переживаемого организмом по инерции, пока память не сгладит углы, может выдавать кульбиты агрессивных искр и высоких температур. Тут есть, как мне кажется, два подхода к этому: выплеснуть весь негатив на окружающих (причем не важно, на человека или вещь) или, сдерживаясь, совершить духовный подвиг смирения. Я выбираю второе.
Честно скажу, иногда система дает сбои, но по большей части работает хорошо, и главное – показывает результаты. Теперь по порядку. Первый подход заложен в западной психологии, где лучшим средством снижения накала страстей является их сбрасывание на человека: специалиста ли, близкого ли. Но, во-первых, спросите себя: а действительно ли это «сброс» негатива или, может быть, его переброс, как в игре в горячую картошку – передай другому. Причем этот другой прикрепит к вашему негативу свой и передаст следующему – и так, как лавина, этот клубень будет поглощать все новых участников невеселой игры под тяжестью и гнетом боли всех, кто «картошку» поймал.
Но есть другой путь. Он характерен для всех мировых религий, где есть понятие греха, а особенно глубоко проработан в христианской философии. Гнев – один из грехов, потворничание ему неизбежно ведет к его размножению во всё более опасные формы. И я задалась вопросом: неужели мне недостаточно боли, пережитой в моменте? Хочу ли я принести ее, как тяжелый груз, и обрушить на чужие плечи? И я ответила себе: однозначно нет. Тогда как же быть? Терпеть?
В христианстве преодолеть боль помогает исповедь, молитва. Для верующего человека, к коим я себя отношу, это – идеальный вариант. В миру я бы еще предложила переключение. Когда эмоции захлестывают, я представляю себе большой пушистый красный шар, мягкий, уютный. Помните, как в детстве нас отвлекали от разбитой при падении коленки? Теперь, в зрелости, мы можем это делать сами, переключая себя. Или можно досчитать до десяти. А дальше в работу вступает время, самое мощное из лекарств. Оно покрывает пеленой острые углы и заживляет раны.
Многие думают, что я писала книгу или выступаю с лекциями о пережитом для того, чтобы облегчить свои страдания и выразить боль. Нет, нет и еще раз нет. Из моего скромного рассуждения выше, уверена, вы уже поняли почему. Тогда зачем? Для чего мне вспоминать былое? Зачем ветераны СВО идут в школы, рассказывая детям о фронтовых буднях, переживая самые тяжелые моменты сызнова?
Мы хотим, чтобы наши люди знали правду, анализировали, делали выводы и принимали в жизни правильные решения. Горькая правда или сладкая ложь? Для каждого из нас ответ очевиден. Жизнь в розовых очках еще никому не принесла блага. И снова обращусь к народной мудрости: не учат дурака ошибки, а мудрые не совершают их, вот только умным не даются скидки, и делают, и учатся на них. Мы хотим, чтобы ценой наших ошибок следующие после нас поколения были мудрее. Тогда и наша плата за жизненные уроки была не зря.
Наверное, настанет тот день, когда я наберусь смелости и изложу все вышесказанное в выстраданную инструкцию-рекомендацию о жизни после трагедии. И если таковая хотя бы одному человеку принесет пользу и сбережет от беды, я буду считать, что живу не напрасно.
P.S. Время шло…
Время шло, и в жизни упомянутых в книге персонажей, включая меня, тоже произошли изменения. Но по порядку.
Патрик Бирн – тот, что стал пациентом номер ноль в моей истории заключения и планомерно со дня нашего знакомства выдавал свои больные фантазии в отношении моей возможной, как ему казалось, причастности к российским спецслужбам, за чистую монету и не без удовольствия сдавал меня в ФБР, облекая факты домыслами и вымыслами, подсказав им, наивно, что меня можно выгодно использовать в роли русской угрозы, после своего раскаяния и последовавшего за этим скандального заявления о моей невиновности, лишился своего детища, компании Overstock.com, и, как следствие, места в списке Форбс. Акции фирмы рухнули в течение нескольких часов после буквально информационной бомбы, разорвавшейся в СМИ, более чем на треть, и совет директоров отстранил Бирна от управления, принудил к полному выходу из состава учредителей – Патрик продал весь принадлежащий ему пакет акций. В отношении Бирна было начато судебное производство за инсайдерскую торговлю – якобы он заранее знал о том, что компания пострадает, и вывел активы до падения акций в цене. Он продолжил политическую борьбу за мою невиновность, а позже еще встретился с Дональдом Трампом в течение нескольких дней после выборов 2020 года, настаивая на наличии у него доказательств о многочисленных нарушениях и фальсификациях в процессе голосования и подсчета результатов. Так в его отношении появилось еще одно уголовное дело. В итоге он сбежал то ли в горы Аргентины, то ли укрылся где-то в Африке – доподлинно никто не знает. Бирн издал книгу и несколько раз даже выступал в эфире российского телевидения, рассказывая о многочисленных фактах коррупции в американской властной верхушке. Как несложно догадаться, проверки по его словам никто проводить не стал, а он сам был объявлен сумасшедшим. О Патрике снимают фильмы, и он сам с радостью раздает интервью. Среди прочего он несколько раз появлялся по удаленной связи в качестве эксперта и в моей авторской телепередаче «Куклы наследника Тутти» на
